• Українська
  • Русский

Не надо было звать Путина: переселенцам массово отказывают в выдаче паспортов

Если вы переехали из оккупации в часть Украины, подконтрольную Киеву, и вам надо будет столкнуться с услугами паспортного сервиса, запаситесь терпением, везением и просьбой к Богу не сойти с ума, от всего того, с чем вам таки придется иметь дело

Если вы переселенец, то у вас есть все шансы поучаствовать в эксперименте – как я остался без паспорта, а значит, и без гражданских прав, пишет Хвыля.

Слово «идентификация» прочно вошло в жизнь так называемых «временно перемещенных особ». Каждые три месяца ее должны проходить владельцы карт «Ощадбанка», куда перечисляется пенсия и скудная материальная помощь. Но сейчас речь не об этом.

Оказывается, украинский бумажный паспорт сейчас вовсе не документ, а простая бумажка, которую очень легко подделать. Об этом открыто говорят в Государственной миграционной службе.

«Мы не верим паспортам 1994-го года с вклеенными фото, потому что их очень легко подделать. Наш сотрудник не способен отличить поддельный документ от настоящего, поэтому о каком-либо доверии к этим документам речи идти не может», — говорит руководитель службы информации Государственной миграционной службы Украины Сергей Гунько.

Как объяснил Гунько, идентификация человека проходит путем сравнения данных в паспорте с данными бумажных архивов, который хранится по месту выдачи паспорта. В этом как раз и беда для переселенцев, данные которых находятся на оккупированной территории.

Чтобы получить паспорт, обычный или биометрический или вклеить фотографию, переселенцу нужно как-то доказать государству, что он существует, а свой паспорт не украл и не напечатал. Сергей Гунько постоянно подчеркивает, что в этой ситуации виновата не Украина, а Россия, которая Донбасс оккупировала. То есть, смысл таков: родился в Донбассе, позволил его оккупировать, звал Путина – теперь доказывай, что ты вообще имеешь право называться гражданином Украины. А если не звал? Какая разница! Получил паспорт в Донбассе? Значит, сам виноват!

В миграционной службе переселенца сперва просят принести все документы, какие есть – права, загранпаспорт, свидетельство о браке, дипломы, аттестаты и прочее.

беженцы

«По каждому документу направляем запрос, мы документам чужим не доверяем. Если орган подтверждает, что таком человеку выдавался документ, и у нас есть информация, которая подтверждает, что на фотографии изображен именно тот человек, ок, мы идентифицируем по этим данным», — рассказывает Сергей Гунько. И говорит, что в 90% случаев это срабатывает.

А если не срабатывает – переселенцу необходимо вести в миграционную службу родственников или соседей, которые прописаны с ним в одном доме! Из Луганска, Донецка, Крыма! Их тоже будут проверять и идентифицировать.

Если не поможет и это, то тогда миграционная служба отказывает вам, и вы подаете в суд, где уже вашу личность могут подтвердить любые свидетели.

Вся эта процедура, как вы понимаете, длится не день и не месяц, а растягивается на полгода. Все это время ты фактически – бомж: без паспорта тебя не поставят на учет в больницу, не возьмут на официальную работу, не сдадут жилье, заблокируют банковские карточки, и ты станешь по факту не выездным из города.

Предусмотренная законом нелегкая процедура идентификации часто усложняется равнодушием и безответственностью чиновников. Людей загоняют в угол и доводят до полного отчаяния: ведь ты не можешь доказать, что ты это ты! Иногда доходит до полного абсурдна.

Очень показательна история журналиста из Луганска Ярослава Гребенюка, проживающего в Шевченковском районе Киева, который пытался вклеить фотографию в паспорт, воспользовавшись услугами государственного предприятия «Документ», заплатив деньги за «скорость». Ему сказали, что паспорт потрепан и предложили заменить на ID-карту. Водительских прав у Ярослава не было, загранпаспорт устарел. Он предоставил массу других документов – справку переселенца из совбеса, дипломы об образовании, аккредитацию в Верховну Раду и прочее, но, увы, всего этого оказалось недостаточно и его попросили везти в миграционную службу родственников или соседей, причем даже не указали каких. То ли новых – киевских, то ли старых – луганских! Такой возможности у переселенца не было.

— Представьте, у человека, переехавшего в Киев, может не быть в Киеве родственников. Такое случается. Я пытался объяснить это во время последнего разговора по телефону с сотрудницей “Документа”, рассказал, что у меня мама — инвалид 2й группы, и находится за 700 км от Киева», — рассказал он.

Гребенюк опубликовал на своей странице в Фейсбук обращение к омбудсмену, в котором рассказал о грубом нарушении своих прав.

«Госпожа омбудсмен! Вы, безусловно, обладаете высокоразвитым чувством эмпатии, без которого невозможно быть главным представителем обездоленных людей Украины. Я не думаю, что мой случай — единичный. Представьте, в какую пучину ужаса погружаются при смене документов люди, чья единственная вина заключается в том, что они родились на территориях, оккупированных Российской Федерацией», — говорилось в посте.

Его историей заинтересовались журналисты, подключилась народный депутат Валерия Заружко. И, о чудо, паспорт выдали. Через полгода.

Если в вышеописанном случае помог резонанс, то в следующем – слезы и… статус инвалида.

У переселенки из Донецка Людмилы Гунько-Довжик было все очень похоже. Ей исполнилось 45, и она пошла обновлять фото в паспорте. Отметим, женщина официально работала в Донецком управлении статистики в городе Бахмуте, ее супруг служит в полиции.

В Центре предоставления административных услуг ей сказали, что на первой страничке паспорта надорван уголок и предложили поменять на ID-карточку.

Два месяца женщина ждала паспорта, а потом ей сказали, что ее личность идентифицировать невозможно, потому что паспорт был выдан в Донецкой области. Свидетельство о браке, загранпаспорт 2015, предоставленные Людмилой, тоже не подошли.

«Мне «повезло», что я инвалид, и в пенсионном фонде подтвердили, что я у них там зарегистрирована. После очередного похода в миграционную службу, слез в кабинете зама (начальника не было) и та как пенсионный фонд подтвердил мое существование, мне пообещали, что я получу паспорт! И 21 августа я его получила», — рассказала Людмила.

Но за время жизни без паспорта Людмиле заблокировали банковские карточки и лишили электронной подписи, как госслужащую. Она не могла уволиться с работы и получить расчётные, не могла стать в очередь на биржу труда, не могла получить социальные выплаты на детей.

Татьяна Цыглинская из Луганска, которая проживает в Киеве, столкнулась с системой выдачи паспортов переселенцев дважды. У сына ее мужа, также переселенца, проживающего в Днепре, в феврале украли паспорт. Но новый он не получил до сих пор, хотя в миграционную службу обратился сразу после ЧП. Водительских прав у него не было, а загранпаспорт был украден вместе с обычным. Другие документы — свидетельство о рождении, свидетельство о браке – не подошли. Парня попросили привезти родственников. И когда его отец приехал из Киева в Днепр – со всеми документами, биометрическим загранпаспортом, с документами ФОП, — это тоже не помогло. Паспортисты придрались к тому, что у отца нет в документе приписки от … 1991 года! Начали требовать документы матери, которая живет в Луганске. Проверять их тоже будут долго. А человек все это время будет жить без паспорта…

Не щадит эта система и пожилых людей, которые переехали из оккупированных территорий.

Свекровь Татьяны Цыглинской после переезда из Луганска долго лечилась. Сын и невестка решили сделать ей загранпаспорт, чтобы взять с собой на отдых. Но не тут-то было!

«Нас заставили написать заявление об установлении личности матери. И знаете, какой был ответ? Паспорт Украины не является документом, удостоверяющим личность! Мы написали заявление, к нему нам потребовали ее свидетельство о рождении 1949 года, аттестат, диплом, свидетельство о браке, свидетельство о смерти мужа, и документы сына мы предоставили.

В заявлении нас попросили указать, что установление личности будет длиться более двух месяцев. Мы ждем, пока установят ее личность. И потом уже будет видно. Нам сказали, что могут отказать в получении загранпаспорта. Если откажут – буду обращаться выше», — рассказала Татьяна.

А 94-летний Николай Иосифович Пономаренко, бывший шахтер, ветеран труда из Шахтерска чтобы получить паспорт был вынужден переехать в другой район!

Фотография в его паспорте была немного повреждена, в управлении соцзащиты отказались выдавать справку переселенца, без которой не выплачивают ни пособий, ни пенсий. В миграционной службе подтвердить личность дедушки также не могли. Было это все в Василькове.

«Все эти неудобства и неприятности — это человеческий фактор и нежелание помогать», — рассказывает его невестка, Полина Пономаренко.

По ее словам, обращения в МИнсоцполитики и в другие инстанции толку не дали, пришлось старику паспорт менять. Семью настолько вымотала бюрократия в Василкове, что им пришлось переехать в другой район – Киево-Святошинский.

«Я таскала бедного деда и молилась, чтобы он в дороге не скончался. Пока все инстанции прошли, все запросы дождались, свидетелей трёх просили привести, прошло более двух месяцев. Найти свидетелей? Каких? Это глупо. Ну, видел деда хозяин, соседи, и как они могут быть свидетелями, что ОН это – ОН, они же его не знают. Мы везли с собой их, составляли акт они, писали с потолка кто, что мог придумать в тексте. Это действительно идиотизм. Мы очень боялись, что дед и не дождется ничего… Но, слава Богу, хоть мучений сколько вынесли, но получил дед паспорт», — рассказала Полина.

В Государственной миграционной службе переселенцам сочувствуют, но говорят, что ничего сделать не могут. Мол, Украина не виновата, виновата страна-агрессор. А переселенцы… ну пусть доказывают, что существуют на самом деле.

Более того, по словам Сергея Гунько, деоккупация территорий проблемы с идентификацией жителей этих регионов не решит. Поскольку тем архивам доверять невозможно.

А это значит, переселенцам можно рассчитывать только на собственное везение. Ну вдруг все-таки идентифицируют месяцев через шесть!

Хвыля

dsq_needs_sync:
1
Tagged under