• Українська
  • Русский

Тарас Чорновил заявил: сейчас претензий к Ющенко у меня нет

Причастен ли экс-президент, Виктор Ющенко, к гибели Вячеслава Чорновила, дригие версии происшетвия, об этом в авторской программе «БАЦМАН» главного редактора интернет-издания «ГОРДОН» Алеси Бацман на телеканале «112 Украина» говорил политический аналитик, депутат Верховной Рады III, IV, V и VI созывов Тарас Чорновил.

– В интервью мне вы говорили: «После убийства отца еще ни одного допроса не провели, а министр Кравченко уже безапелляционно заявил с трибуны, что это была обычная автокатастрофа. Буквально с первого дня материалы, касавшиеся смерти отца, уничтожали. Кстати, до сих пор продолжают глушить следствие. Кое-кто из причастных к этому сегодня очень неплохо себя чувствует среди тех же «любих друзів». Прошло уже 18 лет с того дня, когда в КамАЗ врезалась машина вашего отца. Сейчас вам известно, кто его убил?

– Я сейчас знаю, видимо, не намного больше, чем знал тогда. Знаю на сегодняшний день только об определенных механизмах того, как разваливалось следствие, каким образом его глушили, каким образом фальсифицировали. Как «работали» с экспертами, которые выдавали фальшивые заключения. Знаю это, потому что состоялся судебный процесс, который продолжался примерно два с половиной года. Я побывал на всех заседаниях, участвовал в допросах. Мы вызывали огромное количество людей, которых следовало допросить. После этого стало яснее, как такие дела глушатся, как их разрушают. Кто убийцы? Мы знаем, кто подставил КамАЗ. Точнее, знаем, как подставили КамАЗ. А кто – даже не могу с твердостью говорить после суда. Раньше считал, что исполнителем был обычный, хоть и странноватый водитель, с уголовными делами в прошлом, которые вдруг исчезли. Владимир Куделя с Днепропетровщины. А после этого суда даже не могу утверждать, что он был за рулем. По тем данным, которые мы узнали, выходит, что в КамАЗе сидел какой-то другой человек. А Куделю спустя несколько минут после случившегося кто-то – неизвестно кто  – вытолкнул из-за КамАЗа к месту аварии. То есть на самом деле вопросов насчет обстоятельств дела с каждым годом становится все больше, а реальных свидетелей – все меньше. Знаете, за последний год я впервые начал ощущать сомнения в том, что дело когда-либо может быть расследовано. Физически. Раньше была политическая воля – «не расследовать», даже при Ющенко (президент Украины в 2005–2010 годах Виктор Ющенко. – «ГОРДОН») была. Сегодня я такой политической воли не вижу. Нет сегодня среди живых тех людей, которые могли бы заблокировать дело…

– А кто блокировал? Назовете поименно?

– Практически все руководство Министерства внутренних дел, довольно продолжительный период. Когда пришел Юра Луценко (глава МВД Украины в 2005–2006 и в 2007–2010 годах. – «ГОРДОН»), он начал ситуацию менять. Но был такой Коляда (заместитель министра внутренних дел Украины в 1999–2004, 2005–2006 и в 2007–2010 годах Петр Коляда. – «ГОРДОН»), занимавшийся следствием в министерстве. Он был первым из тех, кто блокировал. Очень серьезные блокировки были в Генеральной прокуратуре, очень долгое время. При разных генпрокурорах резко, в один момент, начинали что-то расследовать, Голомша (заместитель генпрокурора Украины в 2003–2010 годах Николай Голомша. – «ГОРДОН»), помню, пытался. Но после этого моментально меняли следственные группы, а следующий или даже тот же генпрокурор потихоньку давал указания – глушить.

–  Вы понимаете, кому гибель Вячеслава Чорновила была выгодна? За 18 лет наверняка разные люди вам говорили об этом.

– Мне многие версии известны. Но я одну вещь знаю. На заседании одного из предвыборных штабов Леонида Кучмы принималось решение… Я могу предположить, выдвинуть версию, поскольку знаю механизм, как убивали. Не могу назвать конкретного заказчика. Могу допустить, что это был тот случай, когда убийство Чорновила было некоторым людям в окружении Кучмы нужнее, чем самому Кучме. Знаете, Кучма не заказывал такие вещи. Он говорил фразу: «Сделайте так, чтобы он мне не мешал». А дальше он демонстративно отстранялся, с ним на эту тему уже нельзя было поговорить. Это мы слышали и в разговорах о Гонгадзе (украинский журналист Георгий Гонгадзе, убитый в 2000 году. – «ГОРДОН»), скажем. Так вот, я знаю, как то заседание проходило. Докладывал один из заместителей главы СБУ, рассказывал, что, к сожалению, все политические попытки уничтожить рейтинг Вячеслава Чорновила провалились, политическое убийство не произошло, и есть предложение перейти к силовому варианту. Я знаю, как голосовали.

– Кто предложил силовой вариант?

– Один из тогдашних чиновников Службы безопасности Украины.

– Официально следствие сейчас на каком этапе? Продолжается или закрыто?

– Следствие не закрыто. Материалы дела апелляционная инстанция вернула для расследования в прокуратуру. Насколько я понимаю, в прокуратуре ищут, кому можно поручить дело, которое не просто является «висячим», а в котором к сегодняшнему дню уничтожены практически все доказательства и мало осталось свидетелей. Проблемное дело. Я надеюсь, что оно все же будет расследовано. Я не подгоняю. Я могу ведь выйти на Юрия Луценко по старому знакомству и попросить.

– Почему вы этого не делаете?

– Потому что прекрасно понимаю, что в этот момент вступят в силу сроки расследования по Уголовному процессуальному кодексу. Вновь открытое дело будет расследоваться с учетом этих сроков. Это старый УПК, 60-х годов прошлого века, давал возможность расследовать бесконечно. А здесь год – и все! Полное окончание дела. Нерасследованное дело закрывается окончательно и вновь открыто быть не может. Поэтому я надеюсь, что все-таки смогут сформировать следственно-оперативную группу именно из криминалистов. Здесь ведь речь не идет о делах, связанных с бывшей властью и тому подобное. Здесь совсем другой момент – чистая криминалистика.

Если бы увидели, что Чорновил не погиб, то взрыв какой-то произошел бы. Или еще что-нибудь, чтобы его добить

– Вернемся к версиям. В интервью Дмитрию Гордону Виталий Журавский (бывший народный депутат и заммэра Киева. – «ГОРДОН») сказал: «Чорновила убили. С одной стороны – так называемые соратники по «Народному руху», агентура КГБ, которая раскалывала партию изнутри. С другой – один из кандидатов, который хотел «сесть» на электорат Западной и Центральной Украины, где зашкаливал рейтинг Чорновила, также, видимо, причастен к его смерти». О каком кандидате говорит Виталий Станиславович?

– Думаю, он все же несколько преувеличивает. Эти люди организовывали травлю, совершали очень неблаговидные поступки по отношению к Чорновилу. Но это касалось попыток его уничтожения как политика. Да, очень заметно эти люди приложились к расколу «Руха». Под кандидатом Виталий Журавский имеет в виду Евгения Марчука. Тогда эта версия была, и ее довольно часто повторяли. У меня к Марчуку другие серьезные претензии. До президентских выборов 1999 года он заявил, что располагает кассетой, на которую некий лично знакомый ему спецслужбист записал информацию, касавшуюся обстоятельств убийства Вячеслава Чорновила. И потом он говорил, что это за информация. Отчет Марчука и других лиц есть в материалах следственной комиссии Верховной Рады.

– В интервью Дмитрию Гордону Марчук говорил, что эта запись была фальшивкой. Что какой-то непонятный человек ее предоставил, какая-то провокация…

– Дело в том, что сразу, по горячим следам, он о фальшивке не говорил, а о совсем иных обстоятельствах рассказывал. Потом Евгений Марчук стал секретарем СНБО при Кучме, сразу после первого тура. И ко второму туру эта тема совершенно снялась. Я много разговаривал с людьми, видевшими эту запись, которым Марчук ее показывал. Они утверждали, что это не фальшивка. С Евгением Кирилловичем я тоже общался. И нет у меня к нему особых вопросов. Я научился жить, не предъявляя претензий людям, которых не могу напрямую безоговорочно обвинить. Не могу даже Кучме предъявить претензии, потому что не могу доказать, что он дал приказ. Но те мои собеседники очень четко подтвердили материалы по тому делу. То есть у меня сомнений нет.

– По большому счету, зачем все это было Кучме и Марчуку? Чорновила, с одной стороны, очень любил народ. Но если взять рейтинги 1999 года, он был непроходным кандидатом.

– Это версия, которую тогда запускали, причем очень активно. Напомню вам, что к тому моменту социологи и аналитики стали говорить другое. В феврале 1999 года это казалось сомнительным, но в марте уже всерьез стало восприниматься, что во втором туре может образоваться абсолютно другая пара. Очень резко начали расти рейтинги и уровень восприятия двух человек – Чорновила и Мороза (лидер Социалистической партии Украины Александр Мороз. – «ГОРДОН»). Предсказывали, что они могут сойтись во втором туре, а не Кучма с Симоненко (лидер Коммунистической партии Украины Петр Симоненко. – «ГОРДОН»). Это вопрос далекой истории, о чем, может, следует рассуждать в академическом ключе, а не в таком живом формате. Но в любом случае Чорновил ломал тот единственный вариант, при котором Кучма мог стать президентом. Повторюсь, я лично ни в чем Кучму не обвиняю. У меня нет прямых официальных формальных оснований.

– Агентов КГБ в «Рухе» вы знаете поименно?

– Когда валился Советский Союз, но еще существовал, мы в западных областях уже стали депутатами, а Вячеслав Чорновил – председателем Львовского областного совета. Первым лицом области, руководителем. Нас приглашал к себе генерал [Станислав] Малик, руководивший тогда львовским КГБ. Он хотел дружить с новой властью и давал нам ознакомиться с некоторыми материалами, кто на нас стучал.

– И кто же?

– Ой, давайте так… Отец когда-то сказал такую фразу: «Я требую люстрацию, но сам ее проводить не буду». Все должно было пройти по закону.

– Но Украина же должна знать своих героев. Если молчать, что тогда будет?

– Одного из этих людей другой чиновник называл. И проиграл суд. Я ничего не смогу доказать. В тех списках, как я потом узнал, была половина активистов тогдашнего «Руха». Почему еще я не хочу их называть? Часть из них села на эту иглу. На чем-то их поймали, кому-то предложили карьеру поберечь, а кого-то это и от тюрьмы, возможно, спасло. Многие из них позже отказались от этого, избрали другой путь, стали честными. А другие – продолжили и сели на иглу уже российской ФСБ, которой перешли украинские архивы. Не уверен, что стоит называть имена людей, которые в конце концов оказались порядочными. Но то, что в руховской номенклатуре вращалось очень много непорядочного элемента, самовлюбленного, просто ужасного, повредило не так Чорновилу, как всей Украине. Это нас остановило тогда, в 1999 году.

Фото: Александр Хоменко / Gordonua.com

– Правда ли, что после аварии ваш отец был жив и его добивали кастетом?

– Эту версию сейчас массово начинают раскручивать, в том числе некоторые «новые руховцы». Она проистекает из материалов одного из экспертов, действительно заключившего, что – мне тяжело обо всем этом вспоминать – на черепе есть необъяснимые трещины. Эта версия выглядела серьезной до того момента, пока не началось судебное следствие. Милицейское следствие было настолько фальсифицировано, что не о чем даже говорить. Но мы в определенный момент добились проведения серьезных допросов в суде и установили, что физически сделать это было невозможно. Вячеслав Чорновил, судя по всему, погиб сразу. Может, были другие планы… Были какие-то бочки с бензином в том КамАЗе. Допускаю: если бы увидели, что Чорновил не погиб, то, возможно, взрыв какой-то произошел бы. Или еще что-нибудь, чтобы его добить. Больше скажу. Один из находившихся в КамАЗе, по нашему мнению, был координатором, отслеживающим исполнение. Некий [Иван] Шолом. Очень странный человек, после того очень странным образом умерший. В его останках после эксгумации обнаружили ядовитые вещества в дозах, которые в сотни раз превышали смертельные. Таллий, висмут, еще что-то. Крайне удивительная смерть. Так вот, он, как подтвердили свидетели, заглянул в машину и моментально сказал: «Чорновил мертв». Совершенно посторонний человек, якобы колхозник. Он зафиксировал факт – и все, после этого ничего не нужно было делать. Я не думаю, что было добивание. Исходя из материалов дела, это тупиковая ветвь. Следствие иногда выталкивают на эти окольные пути.

– Вокруг этого дела уже много трупов?

– Собственно говоря, обо всех мы, видимо, не знаем.

– Вы не подсчитывали?

– Шофер Куделя – почему-то все думают, что он умер. Он напуган, но живой, на судебные заседания ходил. Молчит. Он все прекрасно понимает: его освободили по амнистии. Так все и останется, если не будет открыто новое, дополнительное дело об умышленном убийстве. Срок давности по нему как виновнику аварии истек через 10 лет. Как только выдвинут другое обвинение – ему не спастись, он садится в тюрьму. Это означает, что он будет молчать, даже если его станут запугивать. Умер Шолом, который фактически был координатором. Этот человек гарантированно мог бы о многом рассказать. И странная смерть [Игоря] Гончарова в СИЗО, милиционера-оборотня, если помните. Я не исключаю, что он мог быть причастен к случившемуся. Есть определенные обстоятельства. Я не могу доказать, но похоже, это еще один труп в деле Чорновила.


Фото: Александр Хоменко / Gordonua.com

– Правда ли, что в тот день (25 марта 1999 года. – «ГОРДОН») ехавший с Чорновилом Геннадий Удовенко (в 1999 году – народный депутат Украины, возглавил «Народный рух Украины» после смерти Чорновила. – «ГОРДОН») пересел в другую машину минут за 10 до аварии?

– Нет, это абсолютная ложь, причем очень подлая, от тех руховцев, которые тогда занимались расколом. И даже гибель Вячеслава Чорновила, лидера «Руха», их не остановила. Предвыборная басня ради обливания грязью. Ее подбросили несколько руховцев на специальной пресс-конференции. Я на нее приходил, чтобы их обличить. На самом деле Геннадий Удовенко и туда, и назад ехал в другой машине, ни разу не садился в автомобиль Вячеслава Чорновила. Есть много свидетелей, это подтверждавших. Этого никогда не было. И добавлю. Геннадий Удовенко был уже смертельно болен, но когда я передал ему просьбу дать показания в суде, он приехал. Его «скорая» привезла, очень тяжелое было состояние. Он невероятно тепло говорил об отце. И дал очень важные показания по делу Вячеслава Чорновила.

Источник: Гордон

dsq_thread_id:
6206051463
dsq_needs_sync:
1
Tagged under